Знаете, есть тексты, которые читаешь, и мир вокруг перестаёт быть прежним. Не сразу, без спецэффектов, но необратимо. Для меня одним из таких стал роман Левая рука тьмы Урсулы Ле Гуин. А для двух режиссёрок, чьи фильмы сейчас показывают на фестивале CPH:DOX, таким текстом оказалось эссе 1986 года Теория сумки-носилки художественной литературы. Звучит сложно? На самом деле всё гениально просто.
На фестивале показывают два фильма, которые пытаются воплотить эту теорию в жизнь. Норвежка Ирен Кальтенборн сняла Эпоху матери. Она поехала в леса Финляндии и на побережье Финнмарка искать следы параллельной истории. Никакого героя, никакого конфликта. Просто лес как живое существо, как хранилище памяти. Фольклор, мифы, Калевала это где мир создаётся не битвой, а песней и рождением. Её фильм это тихая, но революционная перестройка наших отношений с миром. Отдельная тема это звук. Когда в кадре нет героя и битвы, именно саунд-дизайн становится главным рассказчиком. В Дочьях леса над музыкой работала Ханна Пил это композитор, которая умеет делать электронику живой, а живые инструменты космическими. Представляю, как она вплетала в партитуру шорох грибниц, голоса птиц, звуки леса. В Эпохе матери вообще вся команда сама снимала, монтировала и писала звук. Ручное, ремесленное кино, где каждый шорох листа имеет значение. Для нас, композиторов, это вызов: как писать музыку для фильма, где главное действующее лицо это лес? Подробный разбор этой новой эстетики есть вот тут: <a href=https://www.igor-scherbakov.ru/novosti-kino-i-serialov/le-guin-griby-i-sumki-kak-cph-dox-pereizobretaet-kino/><font color=black>Ле Гуин, грибы и сумки: как CPH:DOX переизобретает кино</font></a>.
В общем, если вы устали от героического эпоса и хотите увидеть кино, где главное это не ответы, а умение удивляться и собирать, рекомендую присмотреться к этим фильмам. Они идут на CPH:DOX, и, надеюсь, доберутся до нас. |
|